Оппозиция пытается отговорить Эрдогана от военного вмешательства в Ливию

Поделись с друзьями:

Ливийский вопрос, в контексте более широкой проблемы газовых месторождений Восточного Средиземноморья, становится для Турецкой Республики, начиная с 2019 года, внешнеполитическим вопросом №1.

То, что Турция встала на путь борьбы за Средиземноморье, знаменует возникновение другой страны – не Ататюрка с её основополагающим миролюбивым принципом международной политике «Мир на Родине, мир – на Земле!», а Эрдогана, где интересы страны простираются за её границы и их можно отстаивать с применением как дипломатических, так и военных методов.

Невозможно спорить с тем, что подписание между Турецкой Республикой и ливийским правительством национального согласия (ПНС) Меморандумов о демаркации морской границы и военно-техническом сотрудничестве стало достаточно нестандартным турецким шагом, который заставил «газовый консорциум» забеспокоиться.

Понятно, что пролегание исключительной экономической зоны Турции и Ливии на пути возможного прохождения трубопровода Eastmed делает Турцию хозяйкой положения в рамках международного права. И просто стоит вспомнить то нескрываемое торжество, которое излучали турецкие СМИ сразу после подписания соглашения с правительством национального согласия.

Однако, это случится лишь в том случае, если будет соблюдено одно условие: правительство национального согласия (ПНС) Сарраджа выстоит в схватке с Ливийской национальной армией (ЛНА) Хафтара, что будет наилучшим подтверждением его легитимности в глазах международного сообщества, о котором столь часто говорит Турция и о котором постепенно начинает забывать само международное сообщество.

Турецкая оппозиция, в общем, поддержав внешнюю политику Турции в Восточном Средиземноморье и шаги, предпринятые в Ливии, назвала отправку турецких военнослужащих в Ливию «авантюрой». При этом оппозиция указала, что даже можно выступить в качестве военных советников сил Сарраджа, но не следует втягиваться в прямое военное противостояние с Хафтаром и, тем более, с теми силами, которые его поддерживают.

Собственно, и раньше турецкая оппозиция, в частности, главная оппозиционная Народно-республиканская партия (НРП) не одобряла политики официального руководства страны в регионе Ближнего Востока — в свете событий «арабской весны» и турецкого вмешательства в происходящее — и ныне жестко критикует президента Эрдогана за нежелание устанавливать прямой диалог с Дамаском. Дошло до того, что НРП уже провели первое мероприятие по сирийской проблеме осенью прошлого года в Стамбуле и вовсю готовится к проведению второго по счету мероприятия.

Однако, Ливия – это совершенно другая история, по сравнению с Сирией.

Как минимум, по той причине, что Турция находится в регионе Восточного Средиземноморья, в состоянии стратегического одиночества. Россия, с которой в Сирии установились более-меннее союзнические отношения,  не может, в полной мере, считаться союзником Турции в Ливии. При том, что правительству национального согласия Сарраджа противостоит чуть ли не весь мир. Ливия для Турции – это удаленный театр военных действий, на котором Турция может «чисто случайно» столкнуться с Францией и Египтом. Да и сама Турция, пусть даже и обладательница второй по численности армии в НАТО, в экономическом отношении, является достаточно уязвимой, если США или ЕС посчитают, что Турция решила «подыграть» одной из сторон, вопреки их позиции.


Поделись с друзьями: